В Армении давно не было визита такого уровня, который одновременно выглядел бы как дипломатия, сигнал безопасности и политический сюжет для внутренней аудитории. Приезд вице-президента США Джей Ди Вэнса в Ереван в феврале 2026 года — именно такой случай. Он оказался не просто «визитом вежливости», а событием, в котором каждая фраза и подпись читаются как часть более крупной картины: США, регион, Россия, Турция, выборы 2026 года и нерв страны, который давно оголён.
Что было в реальности: заявления и подписи, которые нельзя игнорировать
Факт первый: визит был официальным и подтверждённым, с публичными заявлениями Вэнса и Пашиняна для прессы.
Факт второй: одной из самых громких точек стало подписание совместного документа по мирному ядерному сотрудничеству (завершение переговоров по соглашению о мирном использовании атомной энергии между США и Арменией).
Факт третий: по сообщениям CivilNet, Вэнс объявил о первой крупной продаже американских военных технологий Армении (называется сумма $11 млн).
Факт четвёртый: визит оказался информационно «подсвечен» темой геноцида: офис Вэнса/Белый дом удалил публикацию, где употреблялось выражение “Armenian genocide”, и это вызвало резонанс, потому что воспринимается как уступка Турции и болезненный символический откат.
И наконец, контекст, который прозвучал шире Армении: ряд материалов связывает поездку Вэнса по региону с попыткой Вашингтона укрепиться в Южном Кавказе через пакеты сделок/проектов, включая инфраструктурные коридоры и «транзакционную» дипломатию.
Какие плюсы для Армении: прагматика без эмоций
1) США легализуют своё присутствие в “тяжёлых” сферах.
Военные технологии и ядерное сотрудничество — это не гранты и не заявления «о поддержке демократии». Это инструменты долгого присутствия: контракты, контроль, обучение, стандарты. И главное — сигнал: Вашингтон готов заходить глубже, чем раньше.
2) Армения получает переговорный рычаг.
Даже если помощь ограничена, сама возможность иметь американскую “линию” в безопасности и инфраструктуре делает Ереван менее монозависимым. А в 2026 году главное слово для Армении — именно монозависимость.
3) Окно для экономических и инфраструктурных проектов.
Идея «сшивания» региона транспортом/энергетикой звучит в ряде публикаций вокруг поездки Вэнса. Для Армении любое открытие коммуникаций — потенциальный рост, если оно не превращает страну в коридор без суверенитета.
Какие угрозы и риски: то, о чём вслух говорят меньше
1) Реакция России — даже если она внешне спокойная.
Кремль публично признал суверенное право стран на внешнюю политику и заявил, что будет развивать отношения с Арменией и Азербайджаном — но одновременно дал понять, что намерен конкурировать, в том числе по теме атомной энергетики. В переводе на язык реальности: Москва будет искать способы не уступать поле без борьбы.
2) Турецкий фактор и цена символов.
История с удалённым упоминанием “genocide” показала: даже если США «входят» в регион, они могут отступать в символических вопросах ради больших сделок. Для армянского общества символы — это не детали. И когда символы продаются, доверие падает.
3) Риск “витрины”: громкие визиты vs ограниченная реальная помощь.
Региональная политика США при любой администрации часто прагматична: безопасность и сделки важнее эмоций. Поэтому ключевой вопрос: что останется через 6–12 месяцев после визита — работающие проекты или только заголовки.
Это предвыборный фарс Пашиняна — или стратегический ход?
Называть это “фарсом” как факт было бы нечестно. Но как политтехнологический ресурс визит — бесценен. Потому что он:
-
демонстрирует населению: «мы не одни, у нас есть сильные партнёры»;
-
даёт картинку международной легитимации;
-
переносит дискуссию с внутренних проблем на большую геополитику — а в таких условиях власть часто чувствует себя сильнее.
То есть да: для Пашиняна это может работать как предвыборный капитал, особенно на фоне приближения выборов 2026 года и усталости общества. Но одновременно это и объективная попытка закрепить новый баланс внешней политики: не «сменить крышу», а построить несколько опор.
К чему приведёт эта игра
Ключевой итог визита Вэнса — не “США пришли и спасли”. И не “Запад купил Армению”. Итог другой: Армения всё явственнее входит в фазу, где она пытается стать субъектом между центрами силы — и будет платить за это нервами, конфликтами и постоянным выбором.
США пришли не с романтикой, а с интересом.
Армения соглашается не из любви, а из необходимости.
И именно поэтому 2026 год будет годом, когда общество будет спрашивать не «кто громче говорит», а «кто приносит результат».
Автор: Лида Налбандян, основателя и генерального директор Октопус Медиа Групп